Размер шрифта:
Изображения:
Цвет:
16:02, 07 марта 2019 Здоровье

Не лгите себе. Почему битва с раком горла и гортани самая тяжёлая

Профессор федерального научно-клинического Центра оториноларингологии Вячеслав Виноградов в интервью «Открытому Белгороду» — о том, как предотвратить запущенную форму онкологии и почему в России остро стоит проблема выявляемости рака по лор-направлениям.

Белгород вошёл в число городов, который посетили специалисты научно-клинического отдела опухолей головы и шеи под руководством врача-онколога Вячеслава Виноградова. Уже год специалисты проводят осмотры пациентов без предварительной записи в десятках городах России: от Якутска до Крыма. Какую картину констатируют эксперты, и в чём польза таких выездов?

Страшнее, чем думают

О том, как важны профилактические осмотры и пресловутая «первичка», не говорят только ленивые. Казалось бы, все слышали, ужаснулись, сделали выводы, но дойти до врача, чтобы удостовериться, что тебя это не касается – забыли. Но рак не миф, а реальность, в которую часто не верят. Пациенты, которые узнают, что попали в ловушку страшного заболевания, все как один твердят: со мной такого точно не могло произойти, ведь я даже не курю.

— Каковы факторы риска рака гортани и горла?

— Число пациентов со злокачественными опухолями в области головы и шеи возрастает с каждым днём. Связано это, прежде всего, с различными вредными факторами воздействия, не только с качеством воздуха, питанием, но и с вредными привычками. Не секрет, что сейчас курение особенно популярно среди молодёжи, среди женского населения. Количество злостных курильщиков неуклонно вырастает. Всё это факторы риска.

— Степень запущенности высокая?

— Заболевания на 3–4 стадии мы выявляем, к сожалению, у 60% пациентов. Ранние формы новообразований выявляются достаточно сложно.

Почему тяжело выявить

— В чём основные сложности диагностирования рака?

— У нас сегодня нет ни одного государственного скрининга по опухолям головы и шеи. У нас есть скрининг по молочной железе, простате. Онкологи плотно подошли к скринингу по раку лёгкого и желудка, но по голове и шее, к сожалению, скрининга пока нет. Среди печальных фактов в стране есть разрозненность онкологической службы и оториноларингологической. Во многих регионах эти службы между собой вовсе не контактируют, либо контактируют слабо, потому что онкологи находятся удалённо.

— Нехватка кадров есть?

— Разумеется. Специалистов по лор-онкологии в регионах очень мало, их и в столице мало. Я приведу пример. Чтобы работать врачом лором-онкологом, мне пришлось пройти две специальности. Мне нужно было учиться два года по лор-болезням, и два года по онкологии, причем первая ординатура по онкологии у меня могла быть на бюджетной основе, а вторая только на платной. Ценник везде разный: от 100 до 150 тысяч рублей в год. Редко какой молодой специалист может позволить себе отучиться два года в ординатуре и потом пойти еще на два года платно. Этот вопрос нужно решать.

— Есть случаи, когда специалисты в этом направлении отказываются работать на новом оборудовании, потому что привыкли «по старинке». Такая ситуация только в глубинке или в Москве тоже?

— Это повсеместно. Мы можем купить всем хорошие фиброскопы, но далеко не все доктора умеют ими пользоваться. Мы очень много по стране ездим. И были случаи, когда мы видели хорошее оборудование, но оно стоит. На вопрос «почему не пользуетесь?», мы получаем стандартный ответ: «Я по старинке лучше вижу». Очень много сложностей. Поэтому целью нашего визита является ранняя диагностика опухолей лор-органов. Это акция всероссийская и крупномасштабная.

— Сколько на таких осмотрах вы принимаете людей? Бывает так, что человек пришёл «на всякий случай», а по итогу у него найдено заболевание?

— В день можем посмотреть 60 человек. Эти акции позволяют привлечь большое количество населения, которое в том числе не является на сегодняшний день больным. Это повышает эффективность ранней диагностики. Если в процентном соотношении дать, то от 3 до 5% выявляемости опухолей и предопухолевый патологий на ранней стадии. Сегодня осмотрено порядка 30 пациентов. Порядка 15 – подозрение на онкологию, все эти пациенты были грамотно маршрутизированы.

— Нередко люди лечат себя лопухами и травками по наставлению «шаманов». Позже наступает момент, когда ни вы, ни кто‑либо ещё уже не в силах помочь. Как быть?

— Залог нашего успеха – это не только работа врача. 30% примерно зависит от самого пациента. К сожалению, обращаются за помощью достаточно поздно. Есть группы, которые просто боятся узнать правду, а потом хватаются за голову.

Я должен констатировать что с помощью СМИ нет популяризации отечественной медицины. Они вынуждены цепляться за какие‑то случаи на острие ножа. Если где‑то удалили не ту ногу, то про это мы узнаем все. Но мы не видим пациентов, как, например, был сегодня на приёме, которого блестяще прооперировали в областной больнице Белгорода. Если будет больше информированности со всех экранов, сайтов, газет, то люди будут знать, что им делать и куда идти. Нужно громче и чаще говорить об этом.

— Действительно ли можно получить высокотехнологичную помощь по полису?

— У нас сегодня хорошие гарантии оказания помощи по обязательному медицинскому страхованию. По полису ОМС можно абсолютно спокойно приехать к нам в федеральный центр, госпитализироваться, пройти дообследованние и проапперироваться. Гарантии есть.

— Вы сказали, что часто виной заболевания является курение. А что насчёт кальянов и электронных сигарет? Пишут, что это менее опасно.

— И то, и другое, и третье – вредная привычка. Это формирование вашей психологической зависимости, и не важно, от чего она. Сегодня вы на электронной, завтра снова захотите на обычные перейти. Никаких исследований серьёзных, которые доказали, что лучше, а что хуже, нигде не проводится. И первое, и второе, и третье вредно. Если по‑простому сказать — хрен редьки не слаще.

Картина как есть

Во многих регионах эта программа фактически улучшает статистику выявляемости. Специалисты подтверждают, больше всего приходит людей в тех регионах, где медицина явно слабее. 

«Больше всего людей пришло, наверное, в Ненецком автономном округе. И там действительно проблемы. Весь округ – это 42 тысячи населения. Они не могут открыть даже отделения, потому что не хватает населения. Соответственно, у них только два поликлинических врача. Надо отдать должное региону, они очень ответственно отнеслись и из труднодоступных районов доставили людей на самолёте», — сказал «Открытому Белгороду» руководитель отдела госпитализации и планирования медицинских услуг Дмитрий Липсон.

От первого лица

Алексей Почкалов – художник. Его картины часто выставляют в художественном музее. На первый взгляд мужчина – здоров. О проблемах мужчины становится понятно, когда он нчинает говорить. Делать это ему сложнее, чем остальным, поэтому он шёпотом рассказывает о беде, которая настигла его в 2015 году.

«Врачи обнаружили у меня доброкачественное образование голосовой связки. Сделали операцию, и это, к сожалению, не помогло. Вторая операция помогла немного восстановить голос. С этим очень трудно жить. Работать – тем более. Мне повезло чуть больше — чтобы писать картины, нужна голова и руки. Но это не отменяет того факта, что я хочу жить нормально. Прошло три года. Недавно мне позвонили и сказали, что в больницу привезли новое оборудование. В понедельник мне сделали операцию, и я начал верить в чудо. Надежда в моём случае – самое главное. Никогда нельзя переставать верить», — говорит Алексей.

Ваш браузер устарел!

Обновите ваш браузер для правильного отображения этого сайта. Обновить мой браузер

×